kat_kamenskaya (kat_kamenskaya) wrote,
kat_kamenskaya
kat_kamenskaya

  • Mood:

Журнал "Собака", vol. 1


ПРИРОДНЫЕ ИСКОПАЕМЫЕ

Петр Костелов придумал для себя и своей жены Ольги Фешиной удивительную квартиру. В этом ему помогли семь тонн железа и железная логика архитектора.
Текст: Екатерина Каменская, фото: Ксения Колесникова


Странные люди

Эта квартира похожа на футуристический бункер. На декорацию к фильму Георгия Данелия «Кин-Дза-Дза». На все, что угодно, только не на обычное человеческое жилище - пестрое, бестолковое, нашпигованное книгами, заставленное мебелью, захламленное вещами и еще бог знает чем. Здесь же – нет ничего. Или просто не видно. У стены ютятся два железных тонконогих стула рядом с таким же столом. Из предметов интерьера – только колонки, ресивер и плотные шторы.
- Шторы из негорючего брезента! – с гордостью говорит хозяйка, похожая на лесную фею. Она отодвигает портьеру и впускает в квартиру немного солнца. Второй этаж. Внизу стоит и недовольно гудит Якиманка.
- Извините, - интересуюсь я, дико озираясь по железным сторонам. – А где все ваши вещи?




Вещи оказываются в двух обширных гардеробных, альбомы и книги – в шкафах за железными дверцами. На железных кухонных полках - вполне земные продукты.
- Петя прекрасно готовит! Например, вчера сделал грибы шиитаке с петрушкой, – сообщает мне Оля нежнейшим голосом. Имя мужа она произносит так: вкрадчивое «п», протяжное «е», потом исполненное любви «тя».
- Да, у нас такая традиция – я готовлю. Езжу на рынок, мне нравится покупать продукты, нравится их выбирать…
- Петя и одежду мне сам выбирает, - уточняет Оля.
Вот, думаю, повезло!
- Зато мне приходится убирать квартиру, - улыбается она. - Но я сама пришла к тому, что мне не нужны ни уборщица, ни горничная. Ведь это так просто и естественно – убрать за собой. Мне, например, не нравится, когда гардеробщик подает одежду. Вся эта культура обслуживания развращает людей.
Ольга Фешина и Петр Костелов («через ‘ё’» - всегда уточняет Петя) встретились в Москве, хотя учились в одном институте в Алма-Ате. Оля уже была модным дизайнером и художником по костюмам группы «А-Студио» и, по выражению Пети, тогда еще начинающего архитектора, «светила так ярко, что ее собственный свет застилал ей меня».
- Я жарил бифштексы, а Оля уже грызла морковочку, - говорит Петя о начале их совместной жизни.
Ну, а поскольку Оля – явно из числа волшебниц, ей не составило труда сделать мужа вегетарианцем, а теперь они и вовсе веганы. И в доме у них нет ни кусочка кожи.
- Считается, что вегетарианцы – это аскеты, но я точно не из аскетизма не ем мяса, а просто мне симпатична идея, что я насыщаюсь, никого не убивая, - рассуждает Петя. – Видели документальный фильм «Земляне»? Чудовищный фильм! Ведь сейчас все, что связано с едой, носит характер промышленного производства. И как будто получается, что души в этом нет. А душа – это проявление Бога и проявление жизни. Животное – такое же проявление жизни, как вот ты, как я, как цветы. Но никто не думает о том, что за каждой куриной ножкой стоит кто-то, кто кудахтал, бегал по травке, радовался, прыгал, водичку пил, зерна клевал. Мы относимся к животным как к кирпичам. Лев Толстой говорил: как можно говорить о культуре, иностранных языках, о фехтовании, об образованной российской элите, которая учится где-то в Париже если мы по-прежнему для того, чтобы насытиться, догоняем, убиваем и сжираем? В культуре еды мы остались на первобытном уровне! Сколько лет прошло - и все по-прежнему.
Сыра они не едят потому, что в него добавляют сычужный фермент. И молока не пьют, потому что не хотят принимать участие в эксплуатации коров. Разве что в Индии, где к ним особое отношение.
- Я ничего не имею против яиц и молока, - говорит Петя. - Вот если есть дом, есть корова, и все говорят: «Маша, ты нам молочка даешь…» Тут же курочки пасутся, петушки… Петушки потоптали курочек, у них яички. Класс! А если живое существо живет в клетке и может только наклонить голову к кормушке, а потом его убивают и ощипывают перья…
На Олином прекрасном лице проступает страдание.
- А вот к вам, к примеру, гости придут с куском мяса… – настаиваю я.
- Оля не пропустит. Она всех обнюхивает на входе.



Железо же

До железного периода у ребят был период деревянный. В 94-м году Петя поделил эти 86 квадратных метров на одну спальню, ванную и open space с гигантским подиумом из лиственницы.
- А потом я понял, что работать буду дома, и не будет у меня никаких сотрудников, и не буду я никому платить за аренду, и не буду больше попадать ни в какие кризисы, - улыбается Петя.
- А я подумала, что если наши гости громко слушают музыку, а мне рано вставать, с этим надо что-то делать.
И Петя нарисовал новый план квартиры.
Над его железным проектом смеялись и издевались многие, включая сварщика и электрика Ваню, который, по словам хозяев, много в квартире напутал. Конечно, железо – не самый привычный отделочный материал для семейного счастья, но Пете, который сделал так много квартир и домов, хотелось чего-то необычного.
- Железо же никому не предложишь, – думал он. - Все думают, что это холодно и ужасно.
Опять же, не давала покоя промышленная вырубка лесов. Дерево в интерьере использовать больше не хотели.
К счастью, жене железная идея понравилась. Она вообще всегда во всем мужа поддерживает.
Теперь квартира спланирована с учетом всех человеческих потребностей – можно есть, работать, спать, веселиться с друзьями и быть одному. В одной ее части находятся спальня, Олин кабинет и гардеробная, вторая зона общественная – с гостиной и Петиным кабинетом.
- Все очень функционально. Удобнее уже не может быть. А кухня – это мостик между двумя мирами, потому что если закрыть дверь, Оля может спокойно жить, спать, ходить в туалет и даже пробраться к холодильнику.
Когда ребята снова начали принимать гостей, оказалось, что здесь не холодно, и не ужасно, а так хорошо, что их просто не выгонишь: «приходят и сидят по трое суток».
- Странно, - говорит Оля, - прошлая квартира была с огромной гостиной, но сейчас стало намного уютнее, и у нас теперь проходит больше вечеринок. Петя ставит музыку… Он отвечает за музыку, как правило.
Значит, Петя покупает жене одежду, готовит и отвечает за музыку.
- Вообще за настроение, - уточняет Оля, все так же лучезарно улыбаясь. И сразу становится понятно – чтобы мужчина вот так за все был в ответе, нужно его очень правильно вдохновить.
Кстати, для котов Петя спроектировал отдельный санузел с вытяжкой.
- А где коты?
Оказывается, коты теперь живут в деревне. Дом Петя почти достроил, а там и до коровы Маши и петушков, которые топчут курочек, рукой подать.
- Нет, - вздыхает Петя о лучшей жизни. - У нас садовое товарищество, можно только козу держать.



Назад в будущее

В конце прошлого века Оля и Петя активно занимались каждый своим бизнесом и виделись намного реже, чем сейчас. Оля, по словам Пети, была нервная и кидалась на людей. Оба были большими модниками.
- Мы переболели, - вспоминает Оля с улыбкой. – Меняли гардероб каждые полгода, а то и четыре месяца. И очень этим гордились.
- А сейчас у меня нет вещи дороже 20 фунтов, - кивает Петя.
Он приучил Олю путешествовать с палаткой и рюкзаком. Раньше эта мысль приводила ее в ужас.
- Я плакала, не хотела… Но Петя сказал: если мне не понравится, будем жить в гостинице.
К счастью, понравилось. Оле, как уже было сказано, вообще нравится соглашаться с мужем. И это, кстати, главный секрет семейного счастья.
И уж конечно, счастье, по мнению хозяев железного дома, не заключается в обладании вещами. Интересно, входит ли в эту концепцию обладание ценными металлами – на квартиру ушло, на секундочку, около 7 тонн железа. Однако Петя непреклонен:
- Я не понимаю, какую нужно иметь мотивацию, чтобы продолжать грабить, воровать или увеличивать состояние, понимая, что жизнь не вечна. Идеальная ситуация: умирающий человек говорит: «Вот мой последний доллар», что-то с ним делает, неважно что, и умирает. То есть, пришел ни с чем, и ушел ни с чем».
- А благотворительность? – спрашиваю.
- Нет, нет, еще раз нет. Надо придумать такую модель, чтобы не сделать никому хуже, чтобы ты людей не превратил в животных, которые питаются за счет гуманитарной помощи.
Он ссылается на миллиардера Уоррена Баффита, который пытался популяризировать идею о том, что оставлять детям больше 200 тыс. наследства – разврат. Призывает к ответу Англию.
- 300 лет бедную Индию эксплуатировали, вывозили алмазы, но об этом сегодня не принято говорить. Принято говорить: какая умная Англия, как умно они инвестируют. А они инвестируют то, что награбили, это грабеж!
Петя хотел бы построить мобильный дом для путешествий. Не фургон и не капсулу, а именно дом. По его меркам, 20 метров для спальни, кухни и гостиной вполне достаточно.
- Когда ты захочешь, твои 20 метров могут превратиться в 20 гектаров. Вот, например, проезжаешь по пустыне или лесу. Остановился, у тебя открылась какая-то крышка, она стала тебе навесом, кровать ваша развернулась в лес, это все закрылось какой-нибудь москитной сеткой, зажглись фонарики, вы тут же разложили костер, тут же жарите баклажаны... Потом собрали все и поехали дальше. Еще я мечтаю об электромобиле…
- А я мечтаю о мастерской для живописи, - говорит Оля. Она знает – если правильно попросить – все желания исполняются.
Оля встает и задергивает штору из негорючего брезента, давая понять, что разговор пора заканчивать. В железной квартире наступает вечер.

Tags: дом, интерьеры, мужчина и женщина
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments